573 Ассоциация Босоногих — День города.
Методика хождения босыми ногами по настоящим битым бутылочным стёклам АБСОЛЮТНО БЕЗОПАСНА, многократно проверена — конечно, при условии соблюдения всех требований подготовки стёкол. С ней нас познакомил Кирилл Корчагитн из Москвы. Сегодня мы проводим уже другой аттракцион — стояние босиком на острых гвоздях, вбитых в доски, на «Досках Садху».
За фестивалем последовал День города — праздник, отмечаемый в Новосибирске в последнее воскресенье июня. И Ассоциация Босоногих, как городское общественное объединение, была на него официально приглашена…
Примечательно, конечно, сколько людей удалось привлечь, и с каким искренним интересом и позитивом они смотрят на диковинку, загораются и сами тянутся попробовать. Этот внезапный азарт в их головах — который заставляет их вставать в очередь, делать не просто что-то необычное, а чего они в жизни никогда не делали и даже не подумали бы. Этот позитив на их лицах — вот, разутые, счастливые. В чем тут секрет? В заразительности чужого примера? В каком-то запрограммированном инстинкте человека отзываться на: «А вам слабо?» В задорной работе команды организаторов? В экзотичности зрелища? Ведь в самом деле, вряд ли ведь кто-то бросался повторять за вами или даже обращал внимание, пока вы просто босоножили, проходя мимо. А вот когда началось представление — и посмотрите, какая толпа стоит и внимательно смотрит. А потом желает повторить — мужчины, женщины, дети, молодые, пожилые, все без разбору! Они бы и на угли тлеющие встали, если бы им показали, как это просто!
Но это и в самом деле оставляет открытым ироничный вопрос — что же, в самом деле, пройтись босиком по асфальту, по земле, по грязи — это все страшно, «там мусор, плевки, бомжи, там пораниться можно, заразу подхватить», а по битым стеклам — этим самым стеклам, которые как раз и валяются на всех этих асфальтах и землях — вот тут по стеклам, значит, можно? И мало ли там, от каких бутылок стеклам — где вопросы, возмущения, отмазки, мол — пивные бутылки, мало ли, что в них было и кто из них пил, а вдруг не помыто, а вдруг туда какой-нибудь спидозник слюны своей напускал?.. Нет, только голый позитив. Чудеса — вернее, маразмы человеческой, вернее, обывательской психологии)
Это как классический священно-неприкосновенный и безгрешный образ «босиком по лужам» или «по траве/росе» и, конечно же, пИсочку.
Потому что в лужах, конечно же, нет ничего противного (хотя, по логике обывателя, видящего на голом и гладком асфальте всю радиоактивную заразу этого мира, лужи должны представлять из себя просто вопиющее и страшное болото мерзостей и неведомых ужасов), хотя даже я, честно говоря, хоть и тоже люблю лужи, но погружаю в них ноги с особой осторожностью — ведь в мутной воде действительно не видно, по чему ступаешь.
И в траве, по той же логике, мусора нет — тех же стекол, окурков, и никто на травку не плюет и не писает никогда.
А уж всеми любимый пИсочек… я вот, признаться, с детства ненавижу пИсок. Я имею ввиду, прибрежный, пляжный. Как гласит популярная цитата из известной кинематографической вселенной: «Я не люблю песок. Он грубый, всюду проникает…» И, поскольку в детстве обожаешь копаться в песке и лепить замки и куличики, в пляжном песке метра квадратного не нароешь без как раз-таки вот всего вот этого противного всем говна — окурков, недогнившего мусора, оставленного пляжниками, благо только што гондоны ни разу не откапывал на радость родителям. А уж сколько историй вечно и издавна про порезанные о стекла на пляжике ноги до крови… И собачки по этому пИсочку бегают, и люди на нем буквально валяются (вспоминаем «бомжей и плевки», которые, по мнению этих же самых пляжных валятелей, устилают асфальт), и как раз-таки писают на него, кстати — и не только собачки… С вот этой вот микрофобской точки зрения пляжный песок, любая лужа и тот же самый газон должны быть куда страшнее и неприступнее, чем лужа грязи (тот же песок, просто разбавленный обычной водой, и вот уж где точно никто не валяется своим телом) или этот несчастный голый гладкий асфальт, на котором уж все-таки если что-то и лежит, то на поверхности, в зоне видимости. Я уже не говорю о том, что лично мне по песку банально неприятно ходить — физически тяжело, утомительно и скучно. Да, асфальт — именно потому, что гладкий, обыкновенный, по сути камня цельного кусок — тоже быстро наскучивает, становится привычным, как паркет дома или плитка. Но как же его, тем не менее, боятся — едва сойдя с пИсочка, поднявшись по лесенка, ведущей на пляж, усердно отряхивают ноги, напяливают носки, сандалии и возвращаются эти сто метров к электричке, как будто появляется радикальная разница между песком и асфальтом.
А разница есть, и очень простая. От песка розовые пятки не чернеют — а это, в представлении обывателя, самое важное. Самое ведь показательное — это чтобы белое чернело. Видите, мол, чОрное — значит, грязь! Ух, страшно! От песка такого нет — значит, по нему босиком ходить можно и даже нужно: ведь обутый на пляже становится такой же белой вороной, как босой на улице.
И отсюда второй ключевой момент — чувство общности. Главное — чтобы быть как все вокруг. Все на улице обутые — и ты должен быть обутым. И нельзя хотеть разуться. Хочешь — терпи, не видишь, все обутые?
На пляже же — все разуваются. Поэтому и ты разувайся. Не думай — просто делай, как все.
Но сколько же это порождает противоречий, приложи к этому хоть каплю логики и обычной трезвомыслящей наблюдательности… В этом мире, в котором «будь как все, подавляя свою индивидуальность» — каждый хочет выделяться, напяливая на себя нелепые шмотки, навешивая погремушки и перекрашиваясь во все цвета радуги. Но при этом, даже у этой противоестесственной, болезненной, закомплексованной «индивидуальности» есть предел, порог, за который выходить нельзя — как угодно можно выглядеть, хоть ты панк с ирокезом в коже с шипами на полуметровой подошве в тридцатиградусную жару, с тонной макияжа, вонючий, потный, с сигой в зубах — но это уже не привлечет ничьего внимания. То ли дело, простая обыкновенная майка, шорты, но — босые ноги без признаков хоть какой-то обуви. Ой-страшна-а-а…!
А босиком по битым стеклам — вон, оказывается, не страшно. И даже весело. Вот только, наверное, после стекол, восторженных визгов и улыбок, все эти люди, открывшие в себе невиданный ранее предел, потом так же спешно натягивают обратно свои носочки и сандалии, продолжая идти по своим делам. Но только не босиком — когда, казалось бы, самое страшное, да еще и «такоя страшноя», позади, что там скучный асфальт! — а все равно в обуви. Искра азарта вспыхнула на мгновение, зажженая чужой хулиганской петардой — и потухла. Пугливый щеночек души переступил через запретный порог — причем не переступил аккуратным шажочком, а сразу перепрыгнул семимильным скачком буквально на груду стекол, удивив самого себя — а потом обратно снова не пешком через перепрыгнутое пространство, а все тем же сверхъестественным, непоследовательным, невостребованным прыжком обратно за безопасный порог.
Или тут снова работает принцип общности… Мол — о, чот прикольное происходит. Ой, а чойта тут такоя? Прикольно — ой, а я тоже хочу! Ой, а что, все делают — а что, можно, да? Ну если можно — то а ну дайте-ка пройти!
Вы знаете, мы очень внимательно отслеживали тогда процент людей, НЕ ОБУВШИХСЯ после стёкол. Таких было крайне мало, но… были. Не ошибёмся, если скажем, что каждый 25-й — 30-й. Конечно, в основном женщины «около тридцати» (мужчины тут же влезали в свои пропотевшие носки!). А ещё палатка Ассоциации предлагала услуги «бесплатной камеры хранения для обуви» — на время праздника. И ведь 2-3 пары кроссовок, шлёпок и сандалий — ЛЕЖАЛО!
Что ж, каждый человек, который хотя бы разулся — это несомненный плюсик в карму Студии и ее грандиозной работы, а если кто потом еще и втянулся хоть ненадолго — то такая победа за каждого человека как за каждый отвоеванный в Сталинграде дом)
Во-во. Мы работаем на будущее. Каким бы оно ни было.