ПОЗЫВНОЙ “СТЕКЛОДУВ”. Часть 2. Глава третья. Совещание на Масляном лугу.
ВСЕ ГЛАВЫ
Небо над Елагиным островом было чистое-чистое, светлое светлое, того же оттенка благородной сини, что и вода Средней Невки на этом участке течения. Облачка крадутся нему с краёв, словно не желая портить картину; солнце не охальничает тоже — не палит, а светит себе, пропуская лучи сквозь воздушную линзу; а может, от воды тут так хорошо и свежо. Между серой колоннадой бывшего Конюшенного корпуса и другой — полукруглой, белой, другого корпуса, Кухонного — Масляный луг с мягкой газонной травкой. На ней расставлены столы: слегка колышутся подолы белых скатертей, сверкает хрусталь бокалом, кремовые куверты салфеток и настоящее столовое серебро. Видно, что за сохранность его тут не боятся — публика соответствующая. А в отдалении, напротив зимнего катка, расположились арфистки. Их точёные молодые тела в чёрном удивительно точно повторяют изгибы самих музыкальных инструментов; чарующая музыка арфы плывёт оттуда, волна за волной, плещется мягко, невским ленивым прибоем… Люди сидят на пластиковых стульях, слушают. правда, почти у всех у них в руках планшеты, розданными специальными сотрудниками, но мало ли — может быть, всё это бизнес-элита? Дамы в деловых костюмах, худые, энглизированные, как сказали бы в середине девятнадцатого века, мужчины в хороших костюмах — и многие коротко стриженые. С ощутимой армейской выправкой.
Два официанта у стола протирали бокалы. Один, помоложе, глядя на слушавших арфу, спросил с иронией:
— Опять культурный опен-эйр? Вась, а что за организация? Сплошная интеллигенция. типа… Ни одной новорусской рожи. Обычно хоть пара. да есть.
Край белоснежного полотенца любовно ощупал тонкую ножку бокала, прошёлся, похрустывая, по хрустальному краю.
— Не знаю. какой-то институт. что-то там с медициной и мозгом.
— А-а. медики… Ну, ясно. А в ту палатку, — он кивнул на один из шатров, стоявший в особом отдалении, у дорожки окаймлявшей луг, напротив роскошного фасада самого Елагина дворца, — …что не пускают? Ты. кстати, видел, какие там звери? У каждого чуть ли не пулемёт «Максим» под пиджаком.
Пожилой официант пожал плечами.
— Может, губернатор приедет. Или кто-то повыше, от Президента. Ты давай, раскладывай куверты. Они скоро закончат.
Любопытство официантов было сиюминутным: мало ли какие культурные события на высоком уровне происходят в Петербурге. Одно за одним! Но они ошибались: ни губернатора. ни кого повыше там не ждали. И вообще, в том шатре, про который говорил молодой, помимо неподвижных, словно окаменевших людей в такой же форме официантов, с кремовыми отглаженными передниками, расположился сейчас только один человек в инвалидной коляске. С бугристым, словно в костре побывавшим черепом, морщинистым печёным лицом, но в безукоризненном костюме, сорочке и чёрной бабочке. Он внимательно смотрел на арфисток и из слушателей.
Когда к Быкадорову неслышно приблизился сзади Гвоздев — уже не в обычном мято-жёвано-сером, а в нелепо сидящем на нём новеньком костюме, генерал спросил, не поворачиваюсь:
— Периметр?
— Всё спокойно.
При этом Гвоздев сам обвёл глазами этот периметр. Видеть он этого не мог, но на Втором Южном пруду сидели в лодочках и водных велосипедах отдыхающие компании, и в каждой компании кто сидел. опустив ноги в воду. Даже у Елагина дворца, невероятно! — какому-то молодняку разрешили устроить пикник, и поставить надувной бассейн. а там тоже была вода, и девчонки, сидящие на резиновом краю этого бассейна, ногами в воде.
Быкадоров пошевелился. Глянул на часы — золотые, но с традиционным циферблатом, на руке.
— Сейчас закончат. На основную группу выпускай волынщиков. Остальных, по списку — сюда.
— Есть.
Музыка арфы смолкла. Гости двинулись к накрытым столам; дамы обмахивались веерами. У столов уже ждали шотландские волынщики в синих мундирах, оранжевых с чёрным килтах и белых гольфах.
Но неприметные люди, которые раньше раздавали гостям планшеты — и то не всем, начали как-то мягко рассекать, направлять эту группу. Заиграли волынки; и под звуки их человек десять направилась в сторону шатра, где их ждали Быкадоров с Гвоздевым. Среди идущих выделалась дама — высокая. худощавая, в элегантном платье и алом платке на шее. Она шла с туфлями в руках. ступая легко по подстриженной травке, рассеянно беседуя ор чём-то с приземистым человеком с внешностью пропойцы — но очкастым; покачивала головой с тщательно. красиво уложенными седыми волосами.
Быкадоров еле заметно вздохнул и стиснул ручки своего кресла так, что они скрипнули.
— Две наших головы хорошо, а десять таких… это десять! — произнёс он. — Что ж, будем надеяться.
Стол в шатре был сервирован и изысканно, и сдержанно — лёгкий золотистое токайское, ломтики сыра, минеральная вода «Перрье», гуакомоле на кукурузных чипсах. Явно было, что приглашённые пришли сюда на есть; впрочем, почти никто и не притронулся ни к вину, ни к сыру; только слышалось мягкое шипенье открываемых бутылочек с водой.
Солнце спокойно плыло в небе над Елагиным.
— Дорогие друзья… — начал Быкадоров, утверждаясь во главе длинного стола. — Я начну без предисловий. Все обстоятельства и нюансы сообщены вам в информации на гаджетах, которые мы вам раздали. Я надеюсь, что за час концерта вы смогли всё это прочитать. Но, тем не менее. я немного повторю. Локация всего нашего мероприятия под названием «Рыбалка» — город Териоки, он же Зеленогорск. Более узкое ограничение операции — это Щучье озеро. Зелёный остров. Наши силы таковы… Основная группа агенты «Повелитель» и «Энигма», прошедшие операцию восстановления в «Лазерусе»… Кстати, Елена Карловна, вам отдельное спасибо. Все разработки вашего мужа пригодились.
Очкастый, с внешностью алкоголика, склонился к седой даме. прошептал:
— А я Барсукову ещё двадцать лет назад говорил: «Лазерус» надо брать к себе! И поддерживать.
— На всё воля Божья, Юрий Фёдорович! — также тихо ответила дама. — Как видите, всё только к лучшему…
— Эти два человека погрузятся в аппарат специального назначения и осуществят проникновение на объект. Вопрос с группами страховки. Одна группа находится в непосредственной близости. на катере вблизи острова, это наши сотрудники с кодовыми именами «Белая» и «Мальчик», кадровые сотрудники, также энергеты высокого класса. Однако этим наши возможности по выставлению таких бойцов, такого уровня, увы, исчерпаны.
На Быкадорова посмотрели — и он замолк. взглядом разрешая задать вопрос. Кряжистый человек с глазами навыкате, рачьими. и двойным подбородком, спросил:
— У вас там был… Кнут?
— Да. Но он серьёзно ослаблен. Включился механизм самораспада и мы ничего с этим сделать не можем. У него осталось мало… времени. Остальные участники операции — пока в ранге стажёров. Да, Юрий Фёдорович. Что вы хотели спросить?
Спутник дамы проворчал, отпивая минералку:
— Может начать с сил противника?
— Хорошее предложение. Допустим. Проблем тут несколько. Главный противник… не будем называть это имя, оно было в ваших материалах — это энергет высочайшего класса, уровень «Три А». Он тоже немного ослаблен. но на Объект он может прибыть одновременно с Десантом и Энигмой и вполне может подавить сопротивление Кнута. Что касается его основных сил, то они делятся на три части. Первая — это удерживающие похищенных детей биороботы, иначе говоря, живые люди с полностью подчинённым сознанием и небольшими энергетическими возможностями. Но они очень хорошо замаскированы. Поэтому главная проблема — их обнаружить. Вторая группа — это энергеты среднего уровня, «Один А». представляющие собой оживлённые биообъекты, иначе говоря, зомби. Из числа пропавших в этих местах за последние десять-пятнадцать лет. Здесь проблемой будет являться масса — и невозможность противостоять их суммарной энергетике. И третья часть — это, к сожалению. практические волновые субстанции, получающие временную телесную оболочку. с Марсова поля. Мы планировали провести операцию по его экстренной «зачистке», но… — Быкадоров запнулся. — Но отказались. чтобы не спугнуть главного фигуранта. Эта группа пойдёт, к сожалению, на Зеленогорск со стороны Финского залива, и её главной задачей будет создание атмосферы хаоса. Вы сами понимаете. что это может нарушить операцию.
— Нужен генератор… — проговорил кто-то. — Точно, нужен. Надо лететь в Новосибирск.
Быкадоров услышал. Посмотрел на говорившего мрачно:
— К сожалению, возможности тамошнего центра Казначеева исчерпаны. Две модели действующих генераторов мы вывезли. но работает сносно только один. Я планирую поставить на господствующую точку к югу от Зеленогорска, на маяк Стиссуден, группу агентов «Грета» и «Ученица». Для сдерживания «атаки мертвецов» Если генератор поставить туда, то это им немного поможет. Вот, собственно, и все проблемы, подытожу. Первая — как усилить защиту Объекта, в условиях его крайней неисследованности, вторая — как определить местонахождение группы похищенных детей, которых наш противник будет использовать, как энергетический резерв и не дать ему этим воспользоваться и третья — как предотвратить панику среди местного населения. Я закончил. Ваши соображения. товарищи!
Собравшиеся молчали. Кто-то негромко переговаривался. Юрий Фёдорович потёр нос-картошку, очки поправил:
— Я думаю вот что. Торсионный генератор на маяк поместить можно, не вопрос. Но у нас может быть, как у немцев, в Виннице. Им банально не хватило электроэнергии. Из воздуха её не возьмёшь. И при попытке набрать нужное напряжение мы можем вырубить всю Ленинградскую область, до границы. И до крупных аварий на электроузлах.
— Резонно… — согласился генерал. — Но у нас нет времени строить «Башню Теслы».
— Подождите! — вмешался пучеглазый. — Мы же двадцать шесть вагонов документов «Аннэнербе» из Винницы тогда вывезли. Надо срочно копать. У них наверняка были какие-то решения… Они просто не успели воспользоваться.
— Борис Андреевич, это тоже время… — проговорил Быкадоров. — Время. которого у нас почти нет. Елена Карловна, что вы думаете?
Дама тонкими пальцами с парой скромных серебряных перстеньков отщипывала сыр. Кивнула красивой головой, сказала неторопливо.
— Как медик, я могу сказать. что возможности человеческого организма беспредельны и фантастичны. Если мы не может воспользоваться традиционной электроэнергией, вырабатываемой земными источниками, можно обратиться в природному электричеству. Гроза. Сильная гроза.
— Согласен! — поддержал её пучеглазый. — И не надо никакой башни. Запросите сибиряков — у них есть опыт взаимодействия с алтайскими шаманами!
…Слегка заунывно — но это кому как! — пели невдалеке шотландские волынки. Лилось шампанское, велись светские разговоры. Над всей территорией Масляного парка словно висел невидимый колпак. И этот колпак обеспечивали люди. В полукилометре от шатра, на берегу лодочной станции красивая молодая блондинка в шортах и её спутница — тонкая черноволосая девушка, сидели, болтая голыми ногами в воде. К ним подошёл местный донжуан в распахнутой на волосатой груди потной рубахе.
— Девчонки, чо сидим, скучаем? Давайте, на лодочке скатаемся! Три штуки в час, даром почти.
Блондинка Шилова — а это была она! — грызя яблоко сонно посмотрела на подошедшего.
— Дяинька… Мы уставшие. Лень попу поднять. вы идите себе, найдите кого другого.
— Не. Девчонки, ну, реально! — не унимался расстёгнутый. — Ножки помочите ни на лодке. Вон они какие красивые у вас.
Шилова подняла точёную ступню — на продолговатых ногтях сверкали бриллианты капель, и, как ствол базуки, направила в сторону нахала:
— Прав, да красивые?
— Э… м-э-э… — замычал он, странно дёрнулся, и придерживая штаны, косо кренясь, побежал прочь.
Спутница Шиловой слегка расширила глаза:
— Ударила?!
— Легко… — небрежно ответила та. — так. чтобы в себя пришёл. ничего. посидит сейчас полдня на горшке с диареей, будет знать. приставать.
И деловито осведомилась:
— Ступни не покалывает?
— Немного…
— Так. Это с непривычки. Ты слишком большой диапазон бионергоприёма настроила. вылезай… Да, вынимай ноги. И вот. камешки горячие. походи по ним. Жёстко походи, ноги не жалей, надо снять всё лишнее.
— Да… сейчас… Господи, я не думала, что вода — это…
— Это смотря, как к воде относиться. Ты же работаешь.
Сама Шилова, уже тренированная, ничего не ощущала. Точнее, ощущала ровное спокойное «гудение» биополя, слышное только ей. О чём и доложила Гвоздеву пять минут назад — вокруг всё безопасно. Посторонних энергетических влияний — нет.
А под белым пологом шатра продолжалось обсуждение. Говорили. друг друга не перебивая, но с азартом.
— Личная энергетика этих агентов, если всё так, как вы утверждаете… — говорил высокий мужчина со строгим профессорским лицом. — …вкупе с торсионным генератором «атаку мертвецов» остановит. Но только при крайнем напряжении их сил. Торсионными полями надо управлять. Стихия капризная. Ваша третья проблема может быть решена… А вот по первой и второй — не знаю.
— Вашего Кнута можно усилить… — проговорила Елена Карловна. — Только ему нужен адекватный усилитель. На той же волне. Кто-то очень естественный. Допустим. цыганка с хорошими способностями — вы понимаете. о каких я говорю.
Быкадоров кивнул; тотчас отреагировал пучеглазый:
— А для локализации группы захваченных детей надо использовать энергета с отсечённым прошлым. Это тоже ясно, да? У вас есть люди, готовые на такое?
— Пока не знаю.
— Товарищ Быкадоров, вы сами понимаете — бездетные и… и так далее.
— Будем искать.
— Товарищи, быть может, подстраховать операцию? Елена. как вам идея выездной семинар Института провести в это время?
Дама пригубила всё-таки глоток токая. Пошевелила узкими плечами.
— как говорил мой покойный муж, скальпелем можно вырезать опухоль, а можно и горло перерезать. Не знаю, насколько будет этично такое решение… — она помедлила, пристально глядя на генерала. — Но я в целом согласна.
А человек с двойным подбородком, поддержал:
— А генератор надо чуть-чуть доработать. В кабинете Ельцина стоял метр двадцать на метр двадцать. и антенна была сантиметров восемь. Надо сделать минимум трёхметровый квадрат по стороне и антенну примерно в восемьдесят сантиметров. Мы резко усилим параметры изучения! Да, и частотные характеристики поменять…
— Учтём.
Красивая седовласая дама поднялась. Улыбнулась:
— Простите великодушно, но мне надо идти… у меня сегодня ещё лекции. Благодарю вас, товарищ генерал, арфы были прекрасны! И знаете, что я хочу сказать. Это очень важно.
Она обошла стол, приблизилась к креслу генерала. Повернувшись к к нему, проговорила — негромко:
— Мой муж говорил. что никогда нельзя быть уверенным в том. как ЭТО сработает. Помните об этом.
— Благодарю.
Он прижался губами к его красивой руке, показав обезображенный череп; дама лёгким жестом подхватил с травы свои туфли:
— Проводите меня до машины. Юрий Фёдорович?
— Момент!
Дама со спутником пошли прочь; солнце играло бликами на лаке туфель женщины, на перстнях с камешками на её ухоженных руках… Быкадоров провожал их долгим взглядом, подвёл итог:
— Благодарю вас. товарищи. Это была полезная встречаю. Также благодарен за меморандумы. которые вы оставили в гаждетах. Мы всё внимательно проработаем!
— Мы можем ещё чем-то помощь? — спросил дорожный, вальяжный грузин с серебряной шевелюрой.
— Разве что выпить и закусить… — улыбнулся генерал.
— Это хорошо. Давайте выпьем — за хорошую встречу!
Шилова и её спутница стояли на парковке. Голыми ногами на совершенно раскалённом асфальте — если бы кто встал рядом. вскрикнул бы! Но их подошвы не ощущали всё этого и не реагировали. Операция обеспечения закончилась, Шилова смотрела на гостей, садившихся в машины; девушка — тоже, жадными глазами. Понимая, что её гложет, какой интерес, Наталья говорила:
— Это вот главный советчик… Елена Карловна Русалкина. Жена Игоря Смирнова, изобретателя нашего психотронного оружия… Сейчас она директор по науке в Институте психологической безопасности.
— Вы её знаете?
— Да. Я брала у ней уроки… медитации. Роскошная женщина. Ей за семьдесят, а она садится на шпагат. Прекрасные ноги, тело… и очень добрые глаза. Очень интеллигентная. А с ней вот Малин. Генерал-майор, он долго работал в ФСО. Остался там консультантом.
— какие люди… И они так вот. просто, пришли?
— По просьбе генерала. В нашей специфике работает узкий круг. Официально это всё «лженаука», её нет… Не существует.
— А мы?
— Что «мы»?
— Мы — есть? — с нажимом спросила эта тёмноглазая, худенькая — видно, новая стажёрка.
— И нас нет. Ты вот уверена, что существуешь на самом деле? я — не очень. Ну, что — перекусим?
— Давайте…
Проходя мимо шатра, о которого шли в сторону австотоянки остальные, Шилова дала ещё несколько характеристик:
— А этот человек, глазастый… Это Борис Ратников. Тоже генерал, он руководил центром по исследованию немецкой организации «Аннэнербе». И в Афганистане служил. Этот… видишь, какой красивый грузин. Это Зураб Кекелидзе, главный специалист Клиники имени Сербского. психиатр.
А этот, молоденький?
— Артур Каспарян, гипнолог. кстати, готовил наших спортсменов на Олимпиаду.
— Московскую? Или которая в Токио была?
— В Токио. А на московскую их готовил Смирнов. И все они «золото» взяли. Ну, что, шаверму будем или суши?
Коляску генерала закатывали в особый чёрный микроавтобус. Помогал Гвоздев. Быкадоров молчал. только в сонной тишине Елагина острова спросил:
— Объект из Ботиево едет?
— Едет. Отслеживаем… Встретим!
И никто из тех. кто сегодня был приглашён на благотворительный вечер Санкт-Петербургского общества любителей арфы, не догадывался, что за спецсовещание прошло в небольшом шатре на самом краю Масляного луга.
(продолжение следует)
