2653 Back to USSR! Kaonasy. «Как у Тани на флэту…». Часть 2.

2653 Back to USSR! Kaonasy. «Как у Тани на флэту…». Часть 2.

Полная версия галерей ФК «Босиком в Европу». Публикуется впервые.


Танька обломилась. Кэт покинула строение с нарисованным её друзьями котом на стене и пошла дальше. а завалиться к Бобу? Живёт он в развалюхе-бараке, в комнате со щелястым полом, на котором вечно спят вповалку двое-трое из «вписчиков». У него в этой хате можно заниматься всем: пить, курить, любовью даже. Обычно за холодильником на кухне любятся, жадно, быстро, не сдерживая стоны; и Боб, красавец, в шортах из обрезанных джинсов и в гавайской1 рубаке распахнутой, заходит с паортвешком в комнату, крича: «Алё! В кухне трах-пауза, никому не ходить!». Лучше заниматься любовью, а не войной в Никарагуа!

Кэт шла, давя босыми ногами мягкую хвою. Здесь — земляные дорожки. Они кайфуют от того, что ходят босиком. Боб любит приглашать на прогулку ночью. Идут босые, новичкам страшно, не видно же, что под ногами. Наступят в липкую лужицу, глиной обмацаются, а Боб орё дурашливо: «Это говно, детка! Люди, вы наступили в ГОВНО! Радуйтесь!!!». Девки пищат от ужаса, пацаны хрюкают смущённо. А Бобу нипочём. Он даже тараканов на кухне раздавливает голыми пятками…

Ну, ладно. Вот барак Боба. Дрыхнет, наверное — ещё двенадцати нет. Разбудить? Присела на крылечко, взяла гитару, сыграла «American Pie», Дона Маклина. Не проснулся Боб. Он всегда под кайфом, говорит: «Ленин — кровавый ублюдок, Сталин — злобный онанист, хрен ли мне в таком государстве кайфово будет?!». Но он честный. Он никогда не пристаёт к девкам на флэту. Вот, Чикаге морду разбил, когда тот по заднице одну шлёпнул. Боб — крутяк, настоящий!

Она прокралась под окошко Боба, мимо деревянной стенки. Вверху распахнулось окно. какая-то баба с тройным подбородком высунулась, рявкнула:

— Суки, опять шаритеся! Щас я вам, сукам позорным, голову намылю!

Но она долго собиралась. Зашла в подъезд. Деревянные доски, ступени ласкали её1 голые подошвы. как любил ласкать их Боб своими крупными, рабочими руками… Он подрабатывал — могилы рыл на Чербузах, мозоли на пятернях, пятки Кэт царапали.

А баба уже ломилась в дверь Боба:

— Открывай, засранец! Хулиган! Я участкового вызвала, скотина! Опять шлюхи драные к тебе шлёндают!

Нет, пора уходить от греха.

Кэт отошла за два дома, устроилась посреди сохнущего белья. Советские трусы и кальсоны. А зачем оно вообще. вот она вообще не носит балья. Удобно и легко. А эти дуры советские, даже летом — чуть ли не трусы с начёсом. И не лай Бог из своих тапок заскорузлых вышагнуть. Советские мещане, проклятое семя, строители Страны Советов! Уж на советы они горазды: босиком — антиобщественно! Грибок! Зараза! Туберкулез!!!

Девушка устроилась на травянистом пригорке. Босые ноги ласкала сухая трава — чуть жёстко, как умеет только мужчина. И Боб ласкал… Ну, это не важно. И она запела, нет — закричала «Hotel California». Самую любимую.

View post on imgur.com